Принципиально важную роль в процессе формирования новых элит сыграла приватизация. Среди исследователей российских реформ господствует мнение, что в целом она была проведена в пользу инсайдеров, в первую очередь менеджмента предприятий, и значение внешних структур в этом процессе было минимальным. Имеющиеся данные на первый взгляд подтверждают это. Однако, как нам представляется, подобная недифференцированная оценка процесса приватизации методологически неверна. В конце 1993 года один из крупных российских коммерсантов так характеризовал ситуацию: "В России есть несколько очень крупных конкурентоспособных компаний, но в них менеджмент занимает такие устойчивые позиции, что они никого не пустят (как показала история с залоговыми аукционами, в этом он оказался не прав.).

Кроме того, есть ряд перспективных предприятий, и они приватизированы аутсайдерами. Все остальные безнадежно неконкурентоспособны, и они приватизированы инсайдерами". Мы не утверждаем, что столь категорическая оценка полностью верна, однако она четко отражает подход коммерческих структур к этому вопросу. 1993-1994 годы — это период активного формирования финансово-промышленных групп вокруг крупных финансовых структур, где-то целенаправленного, где-то хаотического приобретения ими собственности в производственном секторе. Одновременно наблюдалось и встречное движение — диверсификация организаций, возникших на базе производственных предприятий, в финансовую сферу.

Создание финансово-промышленных групп (ФПГ) в процессе приватизации шло полностью вразрез с теми идеологическими установками, которыми руководствовались ее организаторы. Это еще раз продемонстрировало подчиненную роль идеологии на радикальной фазе в тех случаях, когда она вступает в конфликт с реальными интересами. Предполагалось, что в России будет сформирован фондовый рынок по американскому образцу, и поэтому нормативные акты всячески ограничивали участие банковских структур в приватизации, долгое время запрещалось и перекрестное владение акциями. Однако на практике, вопреки всем ограничениям, развитие пошло в большей степени по альтернативному пути — по пути тесного сращивания банковских и промышленных структур. Нормативные акты, принятые в конце 1993 года и фактически легализовавшие существование финансово-промышленных групп, во многом лишь отражали уже сложившуюся к тому времени реальность. В дальнейшем ограничения на формирование и функционирование подобных групп становились все менее жесткими. "Наблюдаемая в ходе российских реформ эволюция нормативной базы взаимодействия реального и финансового секторов экономики может быть охарактеризована как вынужденный дрейф от американской к японо-германской модели отношений между этими секторами". Все это, впрочем, не означало, что большинство реально существующих групп получили формальный статус. Крупнейшие финансово-промышленные империи, называемые еще финансово-промышленными конгломератами, не стремились к официальному признанию. Но именно они оказывали наибольшее воздействие на процессы становления новой элиты.

Формирование ФПГ и конгломератов в процессе приватизации означало, что водораздел между "красными директорами" — "новыми коммерсантами" становился все более эфемерным. На первый план постепенно выступали иные критерии — в первую очередь состояние и экономические перспективы вновь приобретенной собственности. Постепенно сформировались новые группы интересов, взаимодействие и противоречия которых играли принципиально важную роль в определении политики властей. Вот эти группы:

Австрийская социал-демократия в годы первой республики
В октябре 1918 г. некогда могущественное государство - Австро-Венгерская империя - фактически прекратила свое существование. Национальные окраины объявили о своей независимости, в Венгрии было сформировано самостоятельное правительство. Усилился сепаратизм провинций. По словам Стефана Цвейга, "из шести или семи миллионов, которых ...

Внешняя политика Швеции
Из всех Скандинавских стран Швеция всегда являлась наиболее развитой, сильной во всех отношениях страной. Если вспомнить период средневековья, то «в то время Швеция практически всегда вела политику войн и агрессий»[14]. Будь то колонизация приморской части Финляндии, а затем завоевание обширной части этой страны, или могущество шведов в ...

Политика России на Дальнем Востоке.  Колониальная политика…
Колониальная политика европейских держав во второй половине XIX века на Дальнем Востоке вела к постепенному разделу Китайской империи. В правящих верхах России зрело решение о необходимости укрепления позиций на дальневосточных рубежах. Оно диктовалось как внешне, так и внутриполитическими причинами. Стремления ослабить перенаселенность ...