Отец же пошёл в своих надеждах ещё дальше - считал, что его сын обладает всеми возможными качествами, ведь он герцог, а там и до пера недалеко.

Так что не сложно догадаться, откуда у Сен-Симона все эти "великие идеи" - герцог и пэр, он должен был подтвердить свое право носить эти высокие титулы (через все писания Сен-Симона проходит мысль, что высшее дворянство сдает свои позиции, именно сдает, то есть недостаточно противостоит упорному натиску буржуазных выдвиженцев). Герцог и пэр, ведь это звучит так красиво и громко - мама с папой будут довольны, а большего и не надо благодарному сыну.

Образование у Луи де Рувруа было, естественно, домашнее, да вот только внимания он большого ему не уделяет - это и понятно, ведь зачем образование человеку, который уже уяснил себе цели своей жизни - рядышком с королём, в тепле и покое? Пер, герцог - больше только в короли. И лишь истории он сделал исключение - это ведь не формулы. Не растворы. Историю можно сделать самому, а лучше - быть её частью. Собственно, именно историей Сен-Симон в идеале и хотел стать - тогда бы его эго успокоилось и вязало бы носочки и шарфики внукам, хотя это тоже вряд ли. Эго у таких людей никогда не успокаивается и не уходит на пенсию, у неё лишь один конец, всем известный.

И вот, после роты королевских мушкетёров, командиром которой конечно же был друг отца (ну куда уж без тётей-дядей-родствеников-друзей в нашем мире, кишащем правдой и честью?"Я успешен и популярен. Я всего добался сам" - как знакомо, не правда ли?), после звания рядового (в окружении множества слуг, конечно же) и после своего первого похода он, наконец, в 1693 г. наследовал титул герцога и пэра и был произведён в бригадные генералы. Овации и звон кубков - вот она, слава! Да вот только он не получил ожидаемого повышения в компаниях Людовика XIV и, пристегнув своё ущемлённое достоинство к пряжке, подаёт в отставку, да вот только король принял это на свой счёт, как оскорбление (вот незадача - не этого добивался бедный герцог, всячески стараясь угодить королю). И вот она, кульминация - вражда Сен-Симона с Людовиком становиться неприкрытой, к огромному негодованию и сожалению желаемого лица (как мама с папой постарались - такой и результат вышел, слишком они понадеялись на мозговитость многообожаемого дитяти).

И Людовик был отчасти прав - какой смысл убивать противника? Ведь тогда он никогда не узнает, что он проиграл, а стать настоящим победителем можно только при наличии противника, который побит тобой и признаёт это.

Так вот рухнули все мечты и надежды идеального сына своих идеальных родителей. "Мемуарист" постоянно кричал Вселенной: "Это нечестно!" и слышал в ответ: "Правда? Ну что ж."

Автор будущих "Мемуаров" добился лишь одного действительно почетного назначения - он возглавил в 1721 году пышное французское посольство в Мадрид (правда, политическое значение этого посольства было минимальным) [13], но, как говориться, один рвётся до ветра, другой - до бури.

Бывали у Сен-Симона приступы раздражения, и он не раз хотел было оставить двор, но друзья и жена всякий раз его отговаривали. Ведь, на самом деле, Сен-Симону не хватало минимума, чтобы достичь максимума. Да он и сам не мог существовать без двора, без придворной жизни, такой насыщенной и одновременно пустой[14], которая была как раз по нему, ведь всем нам достаётся именно то, чего мы заслуживаем. Вот почему он купил домик в Версале, вот почему был так рад, когда получил, наконец, (в 1710 году) более чем скромные апартаменты в Версальском дворце, хотя сам он, на самом-то деле, уже и мечтать не мог ни о чём, кроме кола-двора-жены-стряпни.

Смерть в 1723 г. Филиппа Орлеанского, регента при малолетнем Людовике XV, положила конец дипломатической карьере Сен-Симона и надеждам восстановить влияние своей семьи на государственные дела, влияние, которое никогда и не было настолько большим, как Луи хотел бы. Все эти мечты и надежды на положение в обществе с родителями и родственниками за спиной рано или поздно бы обрушились на него, но вот - получилось рано, как и следовало ожидать. И засунув свою нереализованную карьеру далеко и надолго, Сен-Симон завершает восхождение по придворной лестнице (которое остановилось, так и не начавшись) в общем-то, потому что наблюдать торжество врагов во время падения с пьедестала, который был хоть и не высоким, но был - было слишком больно для седалищного нерва бедного герцога. А ведь изменить своё отношение, своё восприятие самого себя было бы намного проще и действеннее, чем потом падать с высоты воробьиного полёта в небытие и семейный быт в имении Лаферте-Видам, хотя, не буду спорить: лучше алиби - быть жертвой, каковой и изображает себя Сен-Симон на страницах своих мемуаров.

Именно в имении Сен-Симон и посвятил себя изливанию своей желчи и несбывшихся надежд в мемуары, ну а затем его не удавшаяся жизнь так же неудачно закончилась, оставшись лишь на страницах мемуаров и доске с его именем, в Париже, 2 марта 1755 г. Уронив своё достоинство, Сен-Симон сделал вид, что оно не его. В принципе, это подтверждает изречение - "Каждому воздастся по делам его".

Начало военных действий
В ночь на 12 июня 1812г. армия Наполеона без объявления войны начала переправу через Неман, вдоль которого проходила тогда западная граница России. Близ Ковно французские отряды прикрытия на лодках переплыли на восточный берег и не встретили там никого, кроме казачьих разъездов. Сапёры навели плавучие мосты, по которым перешли через рек ...

Восемнадцатый съезд РКП(б)
КПСС в борьбе за упрочение победившего социализма, создание развитого социалистич. общества. С конца 30-х гг. СССР вступил в новую полосу развития, упрочения победившего социализма и постепенного перехода к коммунизму. Восемнадцатый съезд ВКП(6) (10-21 марта 1939 г., Москва) утвердил 3-й пятилетний план развития народного х-ва (1938-42 ...

Алексей Петрович Ермолов
Поводом к войне стало появление на Кавказе генерала Алексея Петровича Ермолова. Определяющей чертой его характера было безмерное и всепоглощающее честолюбие. Ради него он жил, ради него ставил жизнь на карту — и несколько раз крупно выигрывал. Ермолов был личностью противоречивой и довольно скрытной. Несомненная личная храбрость, полко ...