Смена приоритетов. Утрата равновесия. Военно-политические приоритеты наследников Константина
Страница 3

История » Римско-германское противостояние в IV в. н.э. » Смена приоритетов. Утрата равновесия. Военно-политические приоритеты наследников Константина

Вскоре интригами других военачальников Сильван был оклеветан и поставлен перед обычным выбором: смерть или диадема. Он выбрал последнее, причем Галлия склонялась на его сторону, так как наконец почувствовала человека, способного заняться местными проблемами и решить их. Однако на 28-й день своего правления Сильван был убит подкупленными солдатами, система обороны на Рейне была полностью разрушена[102], и появившийся было шанс исправить это, был упущен. Аламанны и франки вновь устремились в Галлию, захватив Колонию Агриппину. Констанций II был вынужден возвести в ранг цезаря Юлиана и отправить его в Галлию, надеясь, что либо неопытный правитель быстро себя дискредитирует и погибнет, либо Галлия наконец будет надежно укреплена, и тогда Юлиан, как более ненужный Констанцию, будет ликвидирован так же, как и Галл. Не посылать никого значило обречь себя на появление новых узурпаторов, которые могли быть куда более опасны, нежели 24-летний философ, полный профан в военном деле, который к тому же изначально был поставлен под контроль местных, верных Констанцию чиновников.

Дальнейшие события очень хорошо, хоть и не всегда беспристрастно описывает Аммиан Марцеллин. Юлиан, к большому удивлению элиты Империи, оказался способным военачальником и харизматическим лидером, во всяком случае, широко известная победа при Аргенторате в 357 г. была одержана благодаря способности молодого полководца остановить бегущих солдат и вселить в них уверенность в успехе. Попытки Г. Дельбрюка сделать из безоговорочной победы римлян над втрое превосходящими силами аламаннов кровопролитное сражение, в котором римляне с большими потерями одолели уступавших им в численности германцев, неубедительны и явно тенденциозны[103]. Во всяком случае, даже проникнутый германским национализмом Т. Моммзен сведения Аммиана о количестве войск и потерях нисколько не оспаривает[104].

Юлиана не смутили и не сломили первые неудачи, когда он оказывался на краю гибели, не остановило предательское поведение полководца Барбациона, которое и вынудило его сражаться при невыгодном соотношении сил. Молодой цезарь был не только удачливым победителем варварских орд, он заботился об обустройстве и восстановлении Галлии, восстановил подвоз хлеба, очистил Рейн от франкских пиратов, снизил в несколько раз налоги, привел запущенную провинцию к процветанию. Он действовал последовательно, заботясь о долговременной перспективе, переходил Рейн и провел глубокий рейд вглубь Германии, то есть сделал римскую оборону на некоторое время активной, в некотором смысле он даже попытался вернуть контроль над Декуматскими полями[105]. Поначалу Юлиан совершенно не претендовал на большую власть в своей половине Империи, так как при подозрительности и доходящем до абсурда желании Констанция II сохранить единовластие[106] это было смертельно опасно. Император же начал опасаться и завидовать Юлиану, который охотно делился с ним плодами своих побед и признавал претензии Констанция на авторство своих достижений.

Между тем персы вновь активизировались и в 358–359 гг. нанесли римлянам ряд серьезных поражений, так что Констанций II не мог ликвидировать Юлиана, не оставив Галлию беззащитной. Он мог только ослабить его, подстрекая аламаннов к разорению Галлии[107] или забрав часть войск, что и попытался сделать. На это солдаты Запада, прекрасно знавшие, что Констанций никак их не защищал, а теперь еще и заставляет умирать за чуждые им интересы Востока, ответили бунтом[108] и провозгласили в январе 360 г. Юлиана августом, который не смог уклониться от этой чести. Это означало войну, однако Юлиан все же попытался договориться с Констанцием миром, предлагая ему признать свою власть на Западе и установить таким образом двоевластие. Констанций отказался, по-видимому, он был совершенно не способен расстаться с идеей единовластия, какой бы стратегически неверной она не была. Кроме того, император был бездетен, поэтому воевал против своего единственного наследника из дома Константина Великого. Распад Империи на несовместимые по своим внешнеполитическим задачам давно состоялся, Констанций II своим равнодушием к проблемам Галлии только усугубил его. Юлиан стал знаменем, под которым объединились все недовольные смещением центра тяжести Империи на Восток, хотя сам он был человеком восточного склада и воспитания, который свое пребывание в Галлии воспринимал как разновидность почетной ссылки.

Страницы: 1 2 3 4

Политика России на Дальнем Востоке.  Колониальная политика…
Колониальная политика европейских держав во второй половине XIX века на Дальнем Востоке вела к постепенному разделу Китайской империи. В правящих верхах России зрело решение о необходимости укрепления позиций на дальневосточных рубежах. Оно диктовалось как внешне, так и внутриполитическими причинами. Стремления ослабить перенаселенность ...

Сирия, Ливан и Палестина в 50—60-х годах
После поражения Египта Сирия, Палестина и Ливан вернулись под власть турок. Ливанский эмират был ликвидирован, Палестина выделена в особый, Иерусалимский, санджак. На эти территории распространилось кабальное англо-турецкое торговое соглашение 1838 г. Восстановление султанской власти очень скоро вызвало новый подъем освободительной бор ...

Русь и Орда накануне великой битвы
С 1362 года можно начать отсчет движения Руси к Куликовской битве, это год, когда на великом княжении утвердился Дмитрий Иванович и тогда летописцы заметили в Орде темника Мамая. Никто тогда еще не мог предположить, что в будущем им предстоит столкновение - одно из крупнейших в истории средних веков, что один возглавит освободительную ...

   
Copyright © 2020 - All Rights Reserved - www.fullistoria.ru