А могло ли такое быть? Совместимо ли одно с другим? Не исключает ли одно другое? Попробуем разобраться на сей счет.

Община давно перестала быть целостной, единой. Неуместны сетования некоторых публицистов об «артельном духе» общины, о «вольной артели», – качествах деревни, которые якобы были сметены коллективизацией.

Да никогда община не была организацией, проникнутой артельным духом. Тем более в XX в. Все это напоминает народнические утопии.

Раскол общины приобретает зримые черты в XIX в., заметно усиливается в годы столыпинской аграрной реформы. Несмотря па возрождение общины во время аграрной революции 1917–1918 гг., одновременно большевики пытаются искусственно, на почве голода, расколоть деревню с помощью комбедов.

Аграрная и социальная политика Советской власти в 20-е годы также была направлена на поддержку бедноты и постоянный прессинг состоятельных слоев. Этому способствовало постоянное противопоставление бедноты «кулакам» посредством агитации и пропаганды.

Да, маломощные слои всегда, так сказать, органически были враждебны состоятельным крестьянам. Наиболее богатых и сильных в деревне называли «мироедами», «кулаками». Знать было за что. Последнее же, в свою очередь, не жаловали бедноту, презрительно клеймя их «голытьбой», «лентяями», «лежебоками». И в этом тоже была доля правды. Политика Советской власти приводила к удивительному парадоксу. Крестьяне с удивлением убеждались, что «выгоднее сидеть, сложа руки на животе и ждать от государства кусок хлеба», чем гнуться на тяжелой работе.

Политика – натравливания одних слоев на другие приносила свои плоды, особенно со второй половины 20-х годов. Из Пензенской губ., например, сообщали в 1926 г.: «На базарах только и считали, у кого сколько кулаков и бедноты. Все обвиняли друг друга. Дело доходило вплоть до убийств».

Однако, несмотря на антагонизм, в деревне постоянно держался своеобразный баланс сил, равновесие, поскольку органическая неприязнь к богатому, зависть уравновешивались страхом и даже уважением к богатому соседу я, конечно же, материальной зависимостью от него. Бедняк обращался к нему за лошадью, за инвентарем, за куском хлеба, за стаканом молока для детей. Порой просил даже помыться в бане соседа. Расплата же за все это была не только экономического порядка, ной политического, например, при выборах в сельсоветы. Такая зависимость заставляла отдавать голос бедняка кандидатам и предложениям богатых, «потому что не можем выступить против наших богатых соседей и кумов из-за совести, ибо в противном случае наши соседи не только не одолжили бы нам нужных в хозяйстве предметов, но и выгнали бы нас из своих домов, осыпая разными оскорбительными словами». (Письмо крестьянина В. Архипова из села Чурашево, Воскресенской волости, Чебоксарского уезда Чувашской автономной области в «Крестьянскую газету» в 1924 г.).

В свою очередь, богатые крестьяне всегда нуждались в дешевой рабочей силе. Внутриобщинный найм обычно оказывался самым дешевым. К точу же всегда находился рядом бедный сосед, который вечно ходил в должниках, которого проще было привлечь к самой неблагодарной работе. Внутри общины существовала и самая дешевая аренда земли. Как правило, множество участков забрасывалось по причине дальноземелья.

Имелось достаточно бытовых обстоятельств, в силу которых отношения богатого с бедняком строились как отношения благодетеля и холопа. Поэтому, появившийся в 20-е годы термин «подкулачники» не лишен основания. Так называли тех крестьян, которые всячески поддерживали богачей на сходах и собраниях. Последние же особенно нуждалась в такой поддержке с момента включения в местные политические игры.

Неосторожная, негибкая политика Советов каждый раз сама способствовала тому, что она не только не разъединяла деревню, а, наоборот, кидала бедняка в объятия кулака или сама заставляла защищать его. Так, в годы продразверстки нередко бедняки не выдавали тех, у кого имелся запас хлеба, предпочитая, чтобы он оставался в деревне, и было у кого взять его взаймы, когда кончится свой. А обман правительством крестьян в 1928 г., лживые обещания вновь толкнули крестьян к кулаку, сблизили их.

Внешняя политика Швеции
Из всех Скандинавских стран Швеция всегда являлась наиболее развитой, сильной во всех отношениях страной. Если вспомнить период средневековья, то «в то время Швеция практически всегда вела политику войн и агрессий»[14]. Будь то колонизация приморской части Финляндии, а затем завоевание обширной части этой страны, или могущество шведов в ...

Куликовская битва
Страшные бедствия принесло татаро-монгольское иго на русскую землю. Но во второй половине XIV в. начался распад Золотой орды, где фактическим правителем становится один из старших эмиров – Мамай. В то же время на Руси шел процесс образования сильного централизованного государства путем объединения русских земель под властью Московского ...

Ксения Годунова
Дочери Бориса Годунова – Ксении на момент восшествия отца на престол было 16 лет. Она слыла первой красавицей. Вот какое яркое описание облика красавицы-царевны оставил писатель ХVII века И.М. Катырев-Ростовский: «Царевна же Ксения, дщерь царя Бориса, девица сущи, отроковица чюдного домышления, зелною красотою лепа, бела вельми и лицом ...