Научные сотрудники ТУАК опубликовали в «Известиях» множество научных работ. Интерес вызывает фундаментальная работа А. Л. Бертье-Делагарда «О ТМУТАРАКАНИ» опубликованная в «Известиях Таврической Ученой Архивной Комиссии» №54(Симферополь,1918г).[18]

В ней он отмечает, «что не так давно А. А. Спицын посвятил «Тмутараканскому камню» обширную статью, в которой приходить к выводу, для него самого, по видимому несколько неожиданному, что «Тмутараканский камень» должен быть признан подлинным»[19]. Надо думать, что больше спора об этой подлинности не будет. Сама по себе надпись на камне лишена значения: что в 1068 году князь Глеб мерил по льду расстояние между Тмутараканью и Керчью и получил 14000 сажен - кому это важно?

По заявлению самого А. А. Спицын указывается, что суть надписи заключается для историка, прежде всего, в том, что ею достаточно точно определяется местоположение «одного из русских княжеств». Я бы так не выразился: Тмутаракань была не - одно из многих русских княжеств, точное географическое определение которых интересно разве что для специалистов, а была одним из культурных важнейших центров древнейшей Руси и, с вопросом о Тмутаракани связан вопрос, о первых порах русской культуры вообще и об её происхождении.

Как известно современной исторической науке киевский Начальный летописный свод составлен тенденциозно: все те факты, которые нельзя примирить с доктриною о монархических правах киевской династии Рюриковичей и об исконной связи русской церкви с все­ленскою константинопольскою церковью, или искажаются, или замалчиваются. Именно в виду такого положения дела очень знаменательно молчание киевской летописи о Тмутаракани и болтливости её о Херсонесе.[20]

О самой Тмутаракани в летописи упоминается впервые только в связи с «сыном Владимира святого и братом Ярослава Мудрого» Мстиславом, причем Мстислав представляется летописцу гораздо более Черниговским, чем тмутараканским князем: хотя, правда, сам же летописец приводит, и сам того не замечая, данные, которые заставляют усомниться в правильности его взгляда.

А. Л. Бертье-Делагард отмечает что летописец, ссылаясь на греческий источник, сообщает, что в 660 г. «приходила Русь на Царьгород»[21]. Тогда возникает вопрос, какая это Русь? Так как она действует в 852 г., т. е. до призвания варягов, летописец ею не интересуется и упоминает о ней вообще лишь потому, что ему показалось неудобным промолчать о событии, записанном «в летописании греческим». Все внимание летописца сосредоточено сначала на Новгороде и на Киеве, пока устраивалась варяжская династия, потом на Киев и Константинополь, пока устраивалась русская церковь.

Для того чтобы восстановить подлинную историю древнейшей Руси, независимо от политических вожделений официальных киевских кругов первой половины ХI-го века, учёный должен был обратиться к иным источникам, греческим и, преимущественно, арабским. Согласно этим источникам Русь живет на Черном и Азовском морях, делает грабительские набеги на прибрежные византийские области и даже на самый Константинополь, переправляется на Каспийское море, волоком перетаскивая свои суда из Дона на Волгу, грабит прикаспийские области и торгует всяким добром даже на рынке Багдада. Город Руса, или Руая стоит не то у устья Дона, на Азовском море, не то на берегу Черного моря. Были у руссов свои князья, была у них своя цивилизация, уже в середине IX века они - хоть часть их - принимают христианство и имеют богослужения книги на русском языке.[22]

Экспансивные стремления черноморской Руси были, по-видимому, очень сильны. Подробно мы, разумеется, не знаем и, вероятно, никогда не узнаем, были ли у Тмутараканской державы, сколько ни будь постоянные границы, и где именно эти границы проходили. Для того чтобы делать далекие походы и сражаться с могучими соседями, надо иметь базу, надо иметь свою область, где бы могли жить в безопасности семьи воинов, где бы пребывало их хозяйство и их имущество. Судя по походам, черноморская Русь была богата людьми и должна была занимать обширную страну. Такою страною могли быть только степи Приазовские и Донские. На юго-востоке по черноморскому побережью жили абхазцы, на восток жили ясы и касоги, на северо-востоке было хазарское царство, на западе в Крыму находились византийские владения.

Тмутаракань была своего рода Кронштадтом, лежащим на далекой окраине страны, защищавшим её выход к открытому морю. Через Тмутаракань должна была идти вся торговля между севером и югом, по Дону. Вместе с тем, Тмутаракань была и военным центром, чрезвычайно удобным для всех тех экспедиций, которые предпринимались тмутараканскими князьями.[23]

Так было до Мстислава. И он еще делает в 1022 г. поход на касогов, т. е. на северный Кавказ. Но это было, по-видимому, последний поход; он покорил касогов окончательно, и с тех пор они составляют его дружину. С ними вместе и с хазарами он отправляется завоевывать Северскую землю.

Аравия в XVIII — начале XIX в. Ваххабитское движение
Аравийский полуостров был наиболее отсталым регионом арабского мира. Феодальные отношения сосуществовали здесь с весьма сильными пережитками первобытнообщинного строя и довольно широко распространенным рабством. Кочевники-бедуины и оседлое население оазисов распадались на множество зачастую враждовавших между собой племен. Хозяйственные ...

Демографические и социальные процессы в польских землях в последней трети XIX - начале ХХ в
Во второй половине XIX в. в польских землях имел место демографический взрыв. Если с 1820 по 1850 г. население Великого княжества Познанского, Галиции и Царства Польского возросло с 8,5 до 10,5 млн. человек, то в 1914 г. оно составило уже 24 млн. Особенно высокими темпы прироста были в Царстве Польском, превосходя Галицию в 1,5, а Позна ...

Вторжение французских войск в Испанию и Португалию. Война с Австрией.
Одной из стран, которая упорно не хотела присоединяться к континентальной блокаде, была Португалия. Попытки Наполеона оказать на нее давление не принесли результата. Тогда он добился от Испании согласия на проход в Португалию французской армии. На стороне Португалии выступила Англия, которая ввела свои войска на территорию этой страны и ...