Вопрос о выборе курса внешней политики был одним из важных вопросов для Швеции в то время. Это было связано, в первую очередь, с тем, что некоторые из ведущих мировых держав – а именно Россия и Германия – были заинтересованы в том, чтобы Швеция придерживалась политики нейтралитета, но король Оскар II был склонен держаться германской ориентации. [15] Но стоит сказать, что внутри Швеции, в её правящих кругах не было единого мнения по этому вопросу. Представители некоторых партий считали, что необходимо искать какие-либо пути к сотрудничеству, в том числе военному, против России. Несмотря на разногласия между партиями, Швеция, а точнее правящие круги, решили придерживаться политики нейтралитета. Во многом этому поспособствовало то, что в 1912 году Швеция, Норвегия и Дания приняли правила и совместную декларацию, которые исходили из общих принципов международного права (Гаагских конвенций и Лондонской декларации о праве морской войны 1909 г.). [16] Эти правила были применимы только для этих трёх стран и их интересов, как нейтралов. И в то же время, они были применимы только для морских территорий, так как особые опасения у Швеции вызывала возможность морской войны.

Итак, шведский нейтралитет фактически стал внешнеполитическим курсом, хотя и не получил постоянного юридического оформления. Пожалуй, в этом заключается специфика внешней политики Швеции, так как её «концепция» выработана была, но не было её официального закрепления «на бумаге». Можно сказать, что такая политика нейтралитета приобрела характер «исторической традиции», так как при любой назревающей войне в Европе Швеция тут же провозглашала о своем нейтралитете, который, опять же, нигде, ни в каких договорах официально зафиксирован не был.[17]

Необходимо так же рассмотреть причины, по которым Швеция была «нейтральна» в большинстве случаев. Ведь примерно до XIX века она вела, и, кстати, довольно таки успешно, завоевательную политику, многие страны были в подчинении у Швеции. Итак, чем же была обусловлена переориентация внешнеполитического курса?

Во-первых, это причина возникновения внешней опасности. На Балтике появились две, несравненно более могущественные, великие державы – Российская и Германская империи, которые дали о себе знать, а особенно Россия, после наполеоновских войн. Итак, появление более сильных соперников на мировой арене, в свою очередь вынудило правящие круги в Швеции отказаться от вооруженного вмешательства в дела Центральной и Восточной Европы. Так же Швеции пришлось смириться и с тем, что её владения - приморская часть Финляндии, Эстония, Латвия – были утрачены. Но положительным для Швеции было то, что, несмотря на появление более могучих держав и потерю ряда владений, ей удалось сохранить свою независимость. Таким образом, отказавшись от агрессивной внешней политики, Швеции удалось при этом самой не стать жертвой агрессии.

Во-вторых, можно назвать причину экономического характера. Каждая из стран Европы, а в особенности ведущие державы, являлись для Швеции рынком сбыта тех или иных товаров, или же наоборот поставщиком какого-либо сырья. Так, например, Россия и Англия были покупателями, Германия – поставщик, Франция - заимодавец.[18] В плане экономики для Швеции было куда разумнее сохранить добрососедские отношения с этими странами посредством торговли, промышленности, нежели пойти по старому пути внешней, в том числе колониальной экспансии (тем более, если учесть наличие территорий для внутренней колонизации – Норланд).

Таким образом, причины для ориентации на нейтралитет, как видно, были достаточно веские. И в данном случае, по мнению автора, Швеция поступила разумно. Не приняв для себя такую «идею» нейтральной политики – Швеция могла потерять многое: территорию, независимость, стабильность в экономике страны и партнеров по закупкам и поставкам. А это, в свою очередь, могло привести к неоднозначным последствиям внутри страны, как то: мятежи, крестьянские бунты, требования свержения короля и многое другое.

Итак, в начале XX века для Швеции была свойственна политика нейтралитета. Но, как известно, начало XX века характеризуется империалистическими тенденциями - ведущие мировые державы (Россия, Англия, Германия и др.) притязали на многие территории, у каждой из них были свои интересы. В итоге это привело к конфликту – к Первой мировой войне. Швеция, будучи нейтральной страной, наблюдала за всем этим с позиции стороннего государства, которое, оставаясь нейтральным, не притязало ни на какие территории и старалось сохранить свои границы в безопасности. Поэтому автор находит необходимым рассмотреть позицию Швеции по отношению к другим странам накануне событий Первой мировой войны.

Внутри правящей верхушки опять же не было единого мнения по поводу того, какую позицию занять Швеции. Подавляющая часть шведского общественного мнения и само консервативное, по сути, правительство искренне старались сохранить нейтралитет и соблюдать правила, провозглашенные ранее. Но в стране существовала и достаточно активно действовала прогерманская группировка, которая добивалась того, чтобы Швеция в удобный для Германии и для неё самой момент выступила на стороне Германии против России. [19] Но, несмотря на различные мнения по этому вопросу, Швеция после некоторых колебаний заявила о своей нейтральности.

Галич-Львовская операция: 31 августа – 1 сентября
31 августа стало кризисным днем сражения. 3-я австрийская армия отходит на Львов. Становится понятным, что с выходом правофланговых дивизий Рузского в район Равы-Русской оставлять армию Ауффенберга в районе Томашова нельзя – между тем от действий этой армии австрийское командование ожидает решительного успеха. Конрад не утверждает прик ...

Изменения в германском мире, подготовка к новому натиску на Империю
Германский мир в середине IV в., не ведя против Римской империи таких крупномасштабных войн, как в середине III или начале V в., сделал в то же время решающие шаги к победе в противостоянии с античной цивилизацией. Конечно, это было замечено римлянами значительно позже, когда изменения дали практический эффект на полях сражений и стали ...

Бородинское сражение 26 августа (7 сентября) 1812 года
Весь Бородинский бой, - говорится в «Истории Русской армии», - это лобовая атака французскими массами русского центра — батареи Раевского и флешей Багратиона (шесть раз переходивших из рук в руки между 9 и 12 часами). Жесточайшее побоище длилось шесть часов без всякого намека на какой-либо маневр, кроме бешеного натиска с обеих сторон. ...