Период развития русской общественной мысли XVI в. и становления национальной государственной идеологии давно привлекает внимание исследователей. Сюжеты о борьбе нестяжателей и иосифлян, о развитии ересей, о формировании учения «Москва – третий Рим», то есть о тех процессах, которые составляли основу эволюции русской общественной мысли XVI в., имеют богатую историографическую традицию.[1]

Исследователи единодушно отмечают, что формирование политико-правовых ориентиров единого Русского государства было неразрывно связано с переосмыслением религиозных идей и принципов. Можно сказать, что становление государственной идеологии в XV – XVI вв. происходило параллельно с ростом творческого интереса к истории и догматике христианской религии. Причем особое значение в этом процессе приобрели сюжеты истории раннего (античного) христианства.

В изменившейся общественно-политической ситуации, связанной с завершением консолидации русских земель в единое государство, возникает потребность в обосновании процесса объединения под властью Москвы и статуса великокняжеской власти.

Одним из направлений формирования государственной идеологии в XVI в. становится стремление обосновать главенство Москвы не только над всеми русскими землями, но и над всем православным христианским миром. Восприятие русской истории и государственности как продолжения мировой христианской истории проявлялось еще в домонгольский период, причем практически во всех случаях материалом для таких рассуждений были сюжеты раннехристианской традиции.[2]

Еще одним направлением формирования политической парадигмы стало стремление к историческому обоснованию статуса великокняжеской, а затем и царской власти, в основу которого легли идеи о преемственности Россией государственной мощи Рима. Сюжеты раннехристианской традиции также оказывали на этот процесс немалое влияние. Так, в начале XVI в. в церковной среде создается интересный литературный памятник – «Сказание о князьях Владимирских».

Важным направлением формирования государственной идеологии на рубеже XV – XVI вв. стало решение вопроса о статусе и владельческих правах церкви, а также, в конченом счете, о соотношении церковной и политической власти. Речь идет о полемике нестяжателей и иосифлян.[3] В ходе борьбы каждая из сторон нуждалась в обосновании своих позиций ссылками на сведения христианской традиции.

Идеи нестяжательства как пути достижения христианского идеала возникают еще в XIV в. в афонских монастырях, крупных центрах богословской мысли православного Востока, в виде учения исихастов. С точки зрения исихазма, достижение единения с Богом возможно только при освобождении человека от всего мирского.

По мере ужесточения политики Ивана Грозного центр церковного «свободомыслия» перемещается все дольше к северу (из Троице-Сергиева монастыря в Кириллов-Белозерский и далее на Соловки).

Общие пояснения к докладу
" Надо быть смелым, чтобы видеть скрытое." Морис Метерлинк - Синяя птица. Данная глава играет роль некоего "пост скриптума" в деле разъяснения для обычного читателя для большего понимания что, о чем, зачем и почему общество эпохи Людовика XIV столь подробно и с рвением изучается и разбирается ныне. Так же, дабы бол ...

Положение иностранцев(мюстемен) и немусульман(зимми)
Мюстемен (человек, получивший эман-обещание безопасности, т.е. охранную грамоту). Этим термином обозночались иностранцы, которые временно, с разрешения властей, находились на территории Дар уль-ислам. Статус мюстеменов в исламских странах и Османском государстве схож со статусом зимми, но всё же здесь есть и некоторые различия. Согласно ...

Внутренняя политика.
Хотя Россия вступала в новый 20 век, государственное устройство продолжало оставаться неизменным. В руках императора по-прежнему сосредотачивалась абсолютная власть – законодательная, исполнительная и судебная одновременно. Ему принадлежало право контроля за аппаратом управления всеми государственными организациями. Россия не имела парл ...