Таким образом, от скептицизма, как мы видим, в этой статье не осталось и следа. Наоборот, молодой Е.В. Тарле проникнут здесь живой верой в творческую силу масс как созидателей истории, проникнут пониманием общественно-политического значения исторической науки. Понимание того, что «общественные науки, по самой природе своей, тесно связаны с общественной жизнью и практически и теоретически»[6], привело его к размышлению о связи общественных дисциплин, в частности исторической науки, с деятельностью публициста, «желающего прийти к твердым и обоснованным выводам относительно хаотической массы явлений текущей действительности»[7]. Еще в 1902 г. Е.В. Тарле выступил со статьей «Из истории обществоведения в России», в которой стремился доказать необходимость этой теснейшей связи. «Публицист, широко глядящий вперед, и, прежде всего, искренно, а не на бумаге только волнующийся противоречиями и несообразностями жизни, всегда склонен,— писал он,— на помощь себе привлечь социологию» (он имел в виду совокупность общественных наук). Он считал, даже, что в некоторых случаях публицистика выступает не в качество пассивного ученика общественных наук, а в качестве активной силы, помогающей этим наукам и во всяком случае идущей «рука об руку с ними». И далее с молодым задором он издевался над теми, кто, считая себя жрецами науки, отрицает связь с ней публицистики: «Иное «ученое» ничтожество,— писал он,— с важностью заявит, что публицист не способен оказать науке услуги уже потому, что он «публицист» (самое это слово тут приобретает сугубо презрительный смысл); будет упомянуто о «коренной разнице» между «природой» публициста и «природой» ученого и т. д.»[8]. Приведя в качестве примера имена крупных ученых, которые были и учеными, и публицистами (Моммзена, Вирхова, Ламанского, Кавелина и др.), он отмечает, что «никакой «двойственности» в их природе констатировать нельзя, никакого ущерба науке от этих публицистических занятий не произошло . Но так уж,— писал он далее, повелось на свете: Моммзен публицистикой не брезгует, а какое-нибудь ничтожество, всю свою жизнь излагающее Моммзена с кафедры своими словами, топорщится от пренебрежения при одном упоминании о «публицисте» [9]. В заключение Е.В. Тарле утверждал, что «между наукой и публицистикой существует не случайная, но глубокая и органическая связь при всём видимом различии в поле наблюдения и методах работы», и призывал к тесному содружеству между публицистами и тружениками обществоведения, «одинаково дорогого и нужного и им, и ему» [10].

Следует отметить, что на протяжении всей своей деятельности Е.В. Тарле следовал этому призыву: многие его научные работы написаны в духе лучших традиций русской публицистики. Е.В. Тарле был, в частности, отличным знатоком Герцена, и, что характерно для его литературных вкусов, так же безмерно его любил, как и М.Ю. Лермонтова.

Не приходится сомневаться в том, что на формирование идейных взглядов того периода и на публицистичность многих-работ Е.В. Тарле немалое влияние оказало его участие в начавшемся тогда революционном движении. Трудно сказать, состоял ли Е.В. Тарле в революционной организации. По свидетельству его сестры М.В. Тарновской, он был в то время связан с социал-демократическими кружками. Однажды он был арестован царскими властями; не имея, однако, против него серьезных улик, они были вынуждены его освободить, хотя и продолжали считать «неблагонадежным». Не став на позиции последовательного, революционного марксизма, Е.В. Тарле, тем не менее, испытывал влияние марксизма и тех поднимающихся общественных сил, которые явились носителями социалистических идей. Все это пробудило у него интерес к истории социалистических идей, начиная с их наиболее ранней, угони ческой стадии развития.

Детство Ивана IV
Иван IV потерял отца в три года, а в семь с половиной лет и вовсе остался круглым сиротой. Его четырехлетний брат Юрий не мог делить с ним детских забав - ребенок был глухонемым от рождения. Достигнув зрелого возраста, Иван не раз с горечью вспоминал свое сиротское детство. Чернила его обращались в желчь, когда он описывал обиды, причин ...

Возникновение мелкобуржуазной партии социалистов – революционеров
Подъем крестьянского движения оживил деятельность мелкобуржуазных революционных группировок. В 1902 г. из остатков сохранившихся народнических групп начала складываться партия социалистов-революционеров (эсеров). Эта партия претендовала на то, чтобы быть единственной выразительницей интересов крестьянства. Она выдвинула революционно-дем ...

Народы скифского мира
Европейские скифы (скифы в узком значении) и савроматы разделились не ранее VII в. до н.э. До этого времени их общие предки жили в степях Предкавказья. Лишь после знаменитых походов в страны за Кавказом скифы и савроматы разошлись по разным территориям. Сохранив за собой большую часть северокавказской равнины, скифы завоевали Северное П ...