Подтверждением состоявшегося гражданского приобщения служит и то, что сепаратизм на Северном Кавказе на рубеже XIX – XX веков не получил широкого распространения, несмотря на сложность положения в крае. Б. Байтуган, сторонник горской независимости, в материалах, подготовленных в начале 30х годов для польской разведки, дезинформировал не только ее, но и общественное мнение, в том числе и на Западе, написав о ненависти масс ко всему русскому (105).

Удивительно, что незамеченным остался сюжет в тексте, в котором Б. Байтуган с сожалением говорит об отсутствии у горцев “крепко спаянной сепаратистской группы…” Не раз он сетовал на недоверие масс к тем, кто отстаивал необходимость создания независимого государства на Северном Кавказе. Б. Байтуган был вынужден признать, что проводившиеся в кризисной для страны ситуации горские съезды 1917 года не высказывались за безоговорочное отделение от России и к тому же выявили минимум сепаратистских тенденций. Избранные от народа делегаты настаивали “только на федеративном переустройстве русского государства в его прежних границах, где горцы составляли бы отдельную территориальную единицу” (106). Итак, противоречивость в данных Б. Байтугана показывает, прежде всего, несостоятельность выводов об “извечной и всеобщей вражде горцев к русским”.

Российское государственное пространство в течение долгого времени формировалось на многонациональной основе. Это подтверждается и на постсоветском пространстве, единство которого несмотря ни на что пока еще сохраняется. В ряде горячих точек население даже изъявляло желание войти в состав России (Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье). В праве на самоопределение недопустимо существование двойных стандартов: одни -для больших, другие – для малых наций. Такое подразделение несправедливо. Не должны игнорироваться позиции частей того или иного народа. Стремление сохранить единство с Россией прослеживается и у чеченцев.

За приверженность России сепаратисты убили немало чеченцев, в то же время представители народа отстаивали пророссийские позиции. Некоторые представители чеченского народа, рискуя жизнью, призывали: «Не допускайте, чтобы нас унижали травлей русских братьев». Оправдания сепаратистами своей деятельности «извечной враждой» построены на исторических фальсификациях и лишь вводят общественность в заблуждение. Ссылки на депортацию 1944г. несостоятельны, т.к. они не вызвали антирусских настроений (107).

Взявшись за оружие, при вторжении боевиков Ш. Басаева в 1999 г. дагестанские ополченцы подчеркивали, что защищают Россию, свою родину. По словам генерала Г.Н. Трошева, пережившего две чеченские кампании в конце XX века, российских солдат встречали как освободителей (108). Представления у простых людей и сепаратистов, как видно, и сегодня не совпадают. Не случайно они не могут обходиться без иностранных наемников.

После начала наступления российских войск в сентябре-октябре 1999г. примерно населения Чечни переместилась в Россию. Конечно, немалое влияние на это оказывало желание спастись, но показательно то, что эта часть населения оказалась не готова защищать независимость Чечни до последней капли крови.

Выражая настроения народа, А. Кадыров, взявшийся за управление республикой в непростой ситуации, указывал на опасность ухода русских войск из Чечни и предоставлении ей новой независимости. Но он отметил, что люди зачастую сами укрывают бандитов, а значит ключ к миру в руках самих чеченцев. Но народ боится сказать свое слово, т.к. опасается преждевременного вывода войск с территории края, боится остаться один на один с бандитами.

Как в прошедшие века, так и сейчас сохраняются все те же противоречивые тенденции, как в настроениях чеченского народа, так и в политике России, но, судя по всему, она по прежнему остается не только государственным образованием на полиэтнонациональной основе, но и идеей объединения. В основе ее политики в крае. Несмотря на всю противоречивость геополитического процесса, лежала справедливость. Спасая и защищая малые народы, Россия обретала нравственный потенциал, который, как видно, не утрачен и поныне.

Становление идеологии национального освобождения. II-я половина XIX века
В странах Тропической Африки начало формирования национальной идеологии приходится на вторую половину XIX в., что было связано с появлением в африканском обществе нового образованного социального слоя, новой элиты. Как правило, она состояла из людей, обслуживавших колониальный режим: чиновников, учителей, священников, врачей и юристов. ...

Городская реформация в городах севера Германии
Католическая церковь, которая сама являлась крупнейшим феодальным землевладельцем, служила в средние века идеологической опорой всего феодального строя. Для того чтобы привить простым людям сознание полного ничтожества своей личности и примирить их со своим положением, церковь пускала в ход учение об исконной «греховности» земного сущес ...

Политика выхода просвещенной партии РКП (б) из политического кризиса на путях НЭПа. Сущность НЭПа и его судьба
В ночь перед открытием Х съезда партии правительственными войсками была предпринята попытка взять штурмом Кронштадт. Тухачевский спешили взять крепость, т.к через неделю лед мог окончательно растаять, Кронштадт стал бы неприступен. Кроме того, хотелось преподнести съезду подарок. Х съезд партии начал работу в Москве 8 марта 1921 года. ...