Бессмертен тот, отечество кто спас…
Страница 2

История » Михаил Илларионович Кутузов » Бессмертен тот, отечество кто спас…

Государства Средней Европы и Италия пока еще были если не совсем закрыты, то и не вполне открыты для английских товаров. О Франции (самом значительном из английских рынков сырья и сбыта) нечего и говорить: этот рынок был закрыт если не “герметически”, как хвалились министры Наполеона вроде Годена, то во всяком случае, весьма крепко.

Для Англии продолжение войны с Наполеоном было и с экономической и с политической точек зрения делом не только капитально важным, но и неотложным. Но реальная английская помощь в предстоящей континентальной войне была более чем проблематична. Другим будущим “союзникам” России — а пока союзникам Наполеона — старый русский дипломат и стратег если и “доверял”, то с большими оговорками.

Конечно, пруссаки были непосредственно заинтересованы в избавлении от полного политического рабства у Наполеона, но ведь только что они воевали с Россией, что называется, не за страх, а “за совесть” (если можно тут так некстати употребить это слово), нещадно грабили оккупированные ими русские территории, заранее, до начала войны, приторговывали себе у Наполеона часть Курляндии в случае “удачи” французов в походе. Даже когда прусский генерал Иорк перешел на сторону русских и когда французов уже в Пруссии не было, король Фридрих-Вильгельм III писал Наполеону письмо, клянясь предать Иорка военному суду. Кутузов не имел причин доверять Фридриху-Вильгельму, которого Маркс впоследствии называл скотиной и который своим отношением к России заставляет часто вспоминать об этой марксовой квалификации, свободной от какой-либо двусмысленности.

Что касается Австрии, то Александр грубо ошибся, думая о скором ее разрыве с Наполеоном. Разрыв этот состоялся не в январе, а в конце августа 1813 г. Все это не мог не принимать в соображение Кутузов, видевший, что в первое, самое трудное время заграничного похода основную тяжесть войны придется нести русским и только русским, что и имело место.

Интересно, что Александр не хуже Кутузова знал, почему Вильсон так злобно, нагло и откровенно клеветал на Кутузова, почему английский посол Кэткарт так усиленно хлопотал в Вильне вопреки советам Кутузова о немедленном продолжении войны. “Скажите, не имеете ли вы и Кэткарт приказания в то время, как мы вступим в Пруссию и Германию, сжечь все тамошние мануфактурные заведения?” — такой вопрос задал Вильсону Александр. Когда же речь шла об издании русского перевода книги Вильсона, русская военная цензура (дело было в 1855 г.) решила эти слова не пропустить. Вильсону было очень не по душе, что ему никак не удается перехитрить Кутузова, который видит его насквозь.

Когда Кутузов отдал распоряжение занять позицию после сражения у Малоярославца, то дошедший до предела дерзости Вильсон так себя вел, что старый фельдмаршал счел нужным его оборвать и напомнить ему, что не Англия спасает Россию, а Россия спасает Англию и что “наследниками власти Наполеона будет не Россия и не какие-либо другие континентальные государства, а воспользуются всем те, которые ныне господствуют на морях и которых владычество сделается тогда нестерпимым”.

Кутузов считал Наполеона открытым врагом России, а Великобританию — тайным врагом, тоже стремящимся хоть и иными путями, но столь же упорно к мировому владычеству.

Александру, проведшему всю войну 1812 г. в уютных залах Зимнего дворца, не терпелось начать поход за границу немедленно, из Вильны. Но Кутузов, гениальный расчет которого и привел русскую армию в Вильну, несравненно лучше знал, чего стоило русскому солдату только что победоносно закончившееся контрнаступление. Это забыл не только Александр I, но склонны иногда игнорировать и некоторые историки, “защищающие” Кутузова от “обвинения” в том, что в декабре 1812 г. он оспаривал мнение царя о необходимости немедленно начать поход за границу. Другими словами, они защищают Кутузова от “обвинения” в том, что он не был согласен с желаниями английского шпиона, политического лазутчика Вильсона, перед которым в Вильне в декабре 1812 г. царь позорно “извинялся”, что дает ненавистному им обоим Кутузову Георгия первой степени.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Соотношение факторов силового принуждения и солидаризации в процессе присоединения Северного Кавказа к России
Еще в конце Кавказской войны (1817 – 1864) русское командование пыталось выяснить «общую цифру неприязненного населения» (3), что позволило бы определить предрасположенность туземных обществ к сепаратизму, но попытки эти так и остались не реализованными. Это теперь дает возможность изображать сопротивление горцев чуть ли не всеобщим, хо ...

Влияние монголо-татарского вторжения на развитие Руси
В 11 в. Русь достигла своего расцвета и стояла на одной ступени с европейскими странами по экономическому развитию и государственному устройству. Но нашествие монголо-татар остановило её развитие, если не сказать отбросило на ступень ниже, в то время, как Европа продолжала идти вперёд. Хотя, говорит Карамзин, неизвестно, как бы обернула ...

Русско-Турецкая война 1787-1791 гг.
Могущество России и рост ее влияния на международное положение в Европе в этот период были продемонстрированы отказом России на просьбу Англии в 1775 г. послать русских солдат (20-тысячный корпус) для помощи в войне с Североамериканскими штатами. Возможно, в этом проявилось охлаждение России к Англии и недовольство монополией англичан в ...

   
Copyright © 2019 - All Rights Reserved - www.fullistoria.ru