Отрицательной стороной французской армии являлся ее чрезвычайно пестрый национальный состав. Французов в ней было менее половины, а большинство составляли воины порабощенных им народов: итальянцы, швейцарцы, немцы, поляки, португальцы, голландцы и даже испанцы. Вступая в Россию, Наполеон оставлял в тылу непокоренную Испанию, которая отвлекала на себя 395 тыс. его солдат и многих видных полководцев: Л.Г. Сюше, Н.Ж. Сульта, Ж.Б. Журдана. Также не было в числе его соратников двух самых выдающихся маршалов: Ж. Ланна и А. Масена. Наполеон считал свою армию довольно сильной для первого сокрушительного удара и для последующих наступательных действий, не рассчитывая на затяжную войну, оборону и отступление. Не менее важным отрицательным фактором являлось и то, что французская армия уже страдала ущербностью морального духа, потому что солдатам становились чужды те причины, которые приводили к войнам, и те задачи, которые разрешались в ходе их.

Итак, Наполеон сосредоточил в Польше группу армий, планируя вторгнуться в Россию и сокрушить ее со стороны своих основных плацдармов, протянувшихся от Припятских болот на юге до Балтийского моря на севере.

Если Наполеон рассчитывал добиться победы в короткие сроки и прежними, не раз применявшимися им способами, то император Александр I решился не нападать, а только обороняться, и отклонил проекты наступательных действий. Русские войска были расставлены вдоль северо-западной границы по реке Неман и разделены на три армии: 1-й армией командовал военный министр М.Б. Барклай-де-Толли, численностью 127 тыс. чел., 2-й, которая располагалась между Неманом и Припятскими болотами – генерал суворовской школы, князь П.И. Багратион, имевший в распоряжении 48 тыс., 3-й, численностью в 43 тыс. чел. – генерал граф А.П. Тормасов, в обязанность к которому входила охрана юго-западных границ. Более 200 тыс. чел. вспомогательных русских войск были рассеяны по всей Западной и Центральной России. Барклай-де-Толли, назначенный 1 февраля 1810г. военным министром, возглавил всю подготовку к войне и повел ее энергично и планомерно.

Хотя главными недостатками русской армии были рекрутчина и принцип комплектования офицерского состава не по способностям, а по сословному принципу, накануне войны в армии была принята более совершенная корпусная и армейская организация, и появились новые уставы и инструкции, в которых нашли отражение прогрессивные тенденции военного искусства, в частности тактика колонн и рассыпного строя.

Войны начала XIX века способствовали развитию военно-технической мысли в стране. В результате усовершенствования производства, русское оружие стало лучшим в Европе. Количество же производимого оружия могло обеспечить развертывание крупной армии. Пороховые заводы также вполне справлялись с предъявленными к ним требованиями и давали порох высокого качества. Суконные и кожевенные заводы, хотя и с трудом, но обеспечивали армию сукном и кожей, необходимыми для обмундирования и снаряжения, товарное производство в сельском хозяйстве позволило создать крупные запасы зерна и фуража для обеспечения войск. Все это способствовало осуществлению мероприятий по укреплению армии, которые проводились накануне Отечественной войны 1812г.

Двадцать первый съезд КПСС
Внеочередной Двадцать первый съезд КПСС (27 янв.- 5 февр. 1959 г., Москва) на основе глубокого анализа историч. развития страны сделал важный вывод о том, что социализм в СССР победил полностью и окончательно. Это явилось главным итогом величественных достижений сов. народа и его партии за сорокалетний период развития. На протяжении вс ...

Выбор царя
Ход развития событий на Дальнем Востоке не раз ставил царя перед выбором, заставляя принять то или иное решение. Первый выбор предстояло сделать после заключения Японией Симоносекского мира. Он оказался не вполне определенным, но ясным по направлению. На записке Лобанова царь пометил: “России, безусловно, необходим свободный в течение к ...

Психология и семиотика терроризма
По принятой в советской историографии шкале политической левизны партий эсеры и меньшевики располагались справа от большевиков, в оценках же дореволюционного периода эсеры помещались левее обоих течений социал-демократии. Данное обстоятельство попытались объяснить еще «веховцы»: «Левее тот, кто ближе к смерти, чья работа "опаснее&q ...