и одновременно подавляющий

самостоятельное развитие общества характер". В этой связи стали популярными попытки анализа происходящих событий в терминах "бонапартизм" или "голлизм". Первая характеристика имеет глубокие корни в отечественной традиции анализа революций и становится достаточно распространенной в современной литературе. Вторая отчасти имеет теоретические корни, но в значительной мере связана популярностью этой фигуры в российской политической и интеллектуальной элите. "Оба течения персонифицируются в харизматических лидерах. Бонапартизм . выступает как логическая завершающая фаза всех крупных исторических циклов, связанных, как правило, с радикальными социальными изменениями". Да и сам В. Путин незадолго до избрания президентом вполне определенно высказался о своем интересе к личностям Наполеона Бонапарта и Шарля дс Голля.

Здесь, правда, надо сделать две оговорки относительно возможных границ формирования режима сильной власти. С одной стороны, укрепление федеральной власти является объективной потребностью устойчивого постреволюционного развития страны. Формирование единого правового пространства, преодоление неконституционного нормотворчества регионов, упорядочение взаимоотношений правительства и парламента — эти и другие шаги сами по себе нетождественны повороту от демократии к диктатуре. Правда, происходят они в условиях крайне слабого гражданского общества, которое смогло бы противостоять тем объективным элементам авторитаризма, которые всегда стоят за укреплением центральной власти. Тем более что, судя по опыту 2002-2003 годов, сама российская власть пытается возглавить формирование здесь институтов гражданского общества, фактически ставя их этим под свой контроль.

С другой стороны, в специфике современной постреволюционной ситуации заложены некоторые важные факторы, противодействующие развитию событий по традиционному авторитарному пути. Россия являет собой первый случай завершения революции в условиях развитой индустриальной страны, столкнувшейся с вызовами постиндустриальной эпохи. Как сами по себе эти вызовы, так и уровень социально-экономического развития современной России, образовательный уровень населения плохо соотносятся с установлением здесь диктаторского режима, характерного для традиционных обществ. Скорее, здесь следует говорить об авторитарной тенденции, которая будет приемлема для высокообразованного урбанистического населения и которая должна будет обеспечивать стягивание общественных сил в условиях достаточно длительного периода отсутствия национального консенсуса, характерного для постреволюцнонной страны. В дискуссии о завершении революции и перспективах постреволюционного политического режима принял участие и В. Путин. Весной 2001 года в послании Президента Федеральному Собранию он говорил: " .За революцией обычно следует контрреволюция, за реформами — контрреформы, а потом и поиски виновных в революционных издержках и их наказание . Но пора твердо сказать: этот цикл закончен. Не будет ни революций, ни контрреволюций. Прочная и экономически обоснованная государственная стабильность является благом для России . Власть в России должна работать для того, чтобы сделать в принципе невозможным отказ от демократических свобод, а взятый экономический курс — бесповоротным".

Государь и закон
В главах 6 и 7 в общей форме фиксировались правила построения такого законодательства, где «вольность» граждан уживалась бы с самодержавным правлением. Следуя мысли Монтескье, Наказ отмечал, что законы в обществе связаны со многими факторами: верой, климатом, политикой правительства, правами. Все это формирует исходное «народное умство ...

Галич-Львовская операция сражение на реке Гнилая Липа 29–30 августа
28 августа Конрад, считая общее положение неблагоприятным, обращается к германскому командованию с просьбой о содействии наступлением на Седлец. Поскольку к этому времени еще не завершилось сражение под Танненбергом, никакого ответа на эту просьбу ожидать не приходилось. 4-я австрийская армия завязла в позиционных боях у Люблина и ждала ...

Великое герцогство Варшавское.
После третьего раздела Польши эмиграция польских офицеров на Запад усилилась. Многие из них, находясь в Париже, Дрездене, других европейских городах, питали ложные надежды на поддержку наполео­новской Франции в возрождении единого польского государства. Из польских офицеров создавались легионы, которые использовались в завоевательной по ...